Несомненно, сильное влияние на развитие ребенка оказывают его родители - именно они являются образцами поведения, и те поступки, которые совершают мама и папа, являются для детей примерами правильных и неправильных действий. Каждый из нас имеет пример родительских взаимоотношений, но не всегда он несет в себе любовь и взаимоуважение. Огромное количество детей в мире ежедневно становятся свидетелями насилия в семье. 

В условиях эпидемиологической ситуации, люди стали больше времени проводить дома. Во многих странах возросло количество пострадавших от насилия в семье. Более 70 процентов потерпевших от насилия в семье – женщины и девочки. В 2019 году около 25 тысяч женщин в Беларуси являлись потерпевшими от различных видов преступлений, в том числе от сексуального насилия.  Насилие в семье – это любые действия, в результате которых наносится вред физическому и психическому здоровью человека, создаются условия, мешающие оптимальной жизнедеятельности всех членов семьи и создающие риск для нормального развития ребенка, нарушая права любого из членов семьи. 

Самыми уязвимыми в ситуации насилия в семье становятся дети. Почему? 

• Ребенок, который становится свидетелем насилия в семье, а зачастую и жертвой, часто даже не представляет, что все может быть по-другому. 
• Ребенок, особенно маленький, зависит от родителей, он не может просто взять и уйти из дома. Дети не в состоянии понять, почему папа бьет маму и, как правило, обвиняют в происходящем себя.
• Дети часто не знают, что могут рассказать о своих проблемах взрослым. Доступ к помощи возможен лишь при участии родителей. 

Насилие в семье оказывает множественное негативное воздействие на ребенка даже в том случае, когда он не является объектом насилия. Действия агрессора могут быть направлены только против одного человека, как правило женщины (мамы). Дети, которые являются свидетелями насилия в родительских взаимоотношениях, подвержены высокому риску приобретения таких эмоциональных и поведенческих проблем как тревожность, депрессия, плохая успеваемость в школе, низкая самооценка, страхи и ночные кошмары, нарушения в пищевом поведении (переедание или отказ от пищи). Такие дети могут иметь склонность к агрессивному поведению в детстве и подростковом возрасте, или, наоборот, отличаться апатичным отношением к окружающему миру и в перспективе испытывать трудности в построении будущих семейных отношений.

Психологические особенности детей, ставших свидетелями насилия в родительских отношениях:

• низкая самооценка, которая способствует сохранению и закреплению чувства вины, стыда, неполноценности;
• часто испытывают гнев, который могут проявлять в отношении более слабых, младших по возрасту детей. Порой вспышки гнева не имеют видимой причины;
• бывают чрезмерно пассивны, не могут себя защитить;
• привлекают к себе внимание, зачастую вызывающим, демонстративным поведением;
• испытывают чувства тревоги, беспокойства, тоски, одиночества. Имеют нарушения сна. 

Что делать?

Если вы и ваш ребенок находитесь в ситуации домашнего насилия -  обращайтесь за помощью! Это не слабость! Помните, что это будет говорить о вашей силе духа и желании изменить свою жизнь и жизнь ваших детей к лучшему.

Существует ряд простых действий, которые помогут разобраться, что делать в ситуации, когда насилие происходит в семье:

• постарайтесь не изолировать себя от своего социального окружения, поддерживайте тесные отношения со своими друзьями (подругами), родственниками, соседями и коллегами;
• обратите внимание на то, в каких случаях ваш супруг (партнер) проявляет насилие с тем, чтобы предупредить такие ситуации заранее и обезопасить себя и детей;
• определите для себя такое место в доме, которое будет далеко от мест (например, кухни), где есть предметы, которые можно использовать в качестве оружия, и одновременно будет близким к выходу из квартиры (дома); если к вам применят насилие, по возможности покиньте квартиру;
• выучите наизусть телефоны милиции, шелтеров, кризисных комнат для женщин, соседей, друзей, к которым  можете обратиться, находясь в опасности;
• обдумайте, каким образом вы можете связаться с милицией; помните, что в милицию вы можете позвонить в любое время бесплатно;
• объясните и убедите своих детей в том, что насилие ни в каком случае не может быть оправданным, никогда не думайте, что вы либо ваши дети являются причиной насилия;
• потренируйтесь с детьми, как быстро покинуть квартиру (дом);
• определитесь, где вы можете получить помощь, расскажите о том, что делает ваш супруг (партнер) и не забывайте, что вы не должны стыдиться ситуации, в которую вы попали;
• не ждите кризисной ситуации, заблаговременно  проконсультируйтесь со специалистом из консультационного центра, шелтера либо кризисной комнаты о своих правах;
• спланируйте, как и на каком общественном транспорте вы доберетесь до места, где будете чувствовать себя в безопасности, либо всегда имейте при себе деньги на такси;
• храните необходимые номера телефонов и документов в легкодоступном для вас месте на случай, если придется срочно покинуть дом;
• обязательно храните в безопасном месте сумку с одеждой, лекарствами, несколькими любимыми игрушками детей и другими вещами, которые вам обязательно понадобятся в случае кризиса.

Контакты организаций, оказывающих помощь пострадавшим от насилия в семье:

1. Общественное Объединение "Радислава", тел.+375 29 610 83 55
2. Международное общественное объединение "Гендерные перспективы", телефон общенациональнойгорячей линии для пострадавших от домашнего насилия   8 801 100 8 801
3. ГУ «Минский городской центр социального обслуживания семьи и детей» тел.:+375 17 317 32 32, +375 33 603 32 32

Насилие в семье — это не то, что нужно скрывать, замалчивать, терпеть либо страдать от него. Случай семейного насилия, если он произошёл, необходимо остановить, чтобы предотвратить его повторение в будущем. 

 12.05.2026

 -      Отнеситесь к тому, о чем рассказал Вам ребенок, серьезно. Он не будет лгать о пережитом издевательстве, особенно если рассказывает о произошедшем очень эмоционально, с подробностями. Эмоции всегда соответствуют пережитому состоянию.

-      Сохраняйте спокойствие. Ребенок может перестать говорить о случившемся, чтобы оградить Вас от болезненных переживаний.

-      Успокойте и подбодрите пострадавшего ребенка. Объясните, что рассказывая Вам о том, что случилось, ему будет проще пережить случившееся. Дайте ему понять, что Вы понимаете и ни в чем не обвиняете его («Ты правильно сделал, что мне рассказал»).

-      Поощряйте ребенка рассказать о том, что случилось. Дайте ребенку выговориться.

-      Постарайтесь максимально узнать у него точные факты произошедшего. Внимательно относитесь к словам ребенка, не отбрасывая их как нечто невероятное. Даже если факты не имели места, важно понять истоки его фантазии.

-      Незамедлительно и тщательно проверьте достоверность предположений.

-      Будьте внимательны к тому, что может заставить ребенка чувствовать себя некомфортно.

-      Дайте возможность ребенку выплеснуть свои эмоции.

-      Будьте выдержаны, если ребенку трудно открыться Вам эмоционально. Помните, что нужно терпение, поскольку убедить ребенка поверить Вам может оказаться нелегко.

-      Пользуйтесь теми же словами, которые использует ребенок, не делайте ему замечаний за использование непристойных выражений, поскольку для него это может быть единственным способом описать случившееся.

-      Будьте искренними. Повторите ребенку еще раз, что Вы верите тому, о чем он рассказал.

-      Будьте честны. Объясните ребенку, что Вы собираетесь делать дальше, и спросите, согласен ли он с Вашими намерениями («Мне надо сказать кое-кому (педагогу-психологу, педагогу социальному или сотруднику органов внутренних дел)) о том, что случилось. Они захотят задать тебе несколько вопросов и помогут сделать так, чтобы ты почувствовал(а) себя в безопасности». Можно дать понять ребенку, что Вы понимаете его чувства, но не должны оставлять ему выбора. Скажите ребенку: «Бывают такие секреты, которые нельзя хранить, если тебе сделали плохо».

-      Обратитесь за профессиональной консультацией специалиста (психологической, правовой, медицинской).

-      Настаивайте на прохождении медицинского осмотра как можно скорее, даже, если нет видимых повреждений.

-      Ребенка с умеренными и тяжелыми повреждениями, неврологическими и сердечно-сосудистыми нарушениями, а также с тяжелой психической травмой необходимо госпитализировать в обязательном сопровождении педагога.

-      Не думайте, что ребенок обязательно ненавидит своего противника или сердится на него, ведь он может оказаться и членом семьи/ родителем/опекуном. Терпеливо отвечайте на вопросы и рассеивайте тревоги ребенка.

«Таскала за волосы и кричала матом»: монолог девушки, пережившей домашнее насилие от мамы

«Мое воспитание напоминало дрессировку»

Когда я родилась, моей маме было 18 лет, а папе — 17. Я была незапланированным ребенком: они еще учились в университете и жили в общежитии. У обоих был взрывной характер, и поэтому ссоры между ними случались часто. Иногда дело доходило даже до физического насилия: в порыве гнева они, например, могли разорвать друг на друге одежду или подраться. Я с самого детства наблюдала их ругань, поэтому рано начала не только впитывать культуру насилия, но и ощущать ее на себе.

Когда мне исполнилось четыре года, они развелись, и я осталась жить с мамой. С самого детства я проявляла интерес к учебе и в школе практически сразу стала отличницей. Заметив это, моя мама решила проявить строгость и решительность во всех вопросах, связанных с моим образованием. Например, я не могла самостоятельно делать домашнее задание: после школы я писала его на черновик и только после того, как мама его проверит, переписывала в школьную тетрадь. Мне это жутко не нравилось: я могла прийти из школы еще до обеда, сделать все за час и пойти гулять до вечера, но в итоге ждала маму с работы и потом переписывала все проверенное. Если я плохо переписывала домашнее задание в чистовик, то мама начинала кричать на меня и рвать мои тетради. Тогда мне приходилось заводить новые и заново писать в них не только последнее задание, но и все предыдущие, включая классные работы. Злясь, она никогда не стеснялась в выражениях. Она могла говорить мне гадкие и страшные вещи, а я их впитывала, думая, что заслужила их.

Из‑за этого с самого детства я очень боялась маму. Мне было страшно, что она меня шлепнет, ударит, разорвет мою тетрадь и накажет. Порой страх по-настоящему мной руководил. Например, я любила делать уроки, сидя на полу, и маме это очень не нравилось. Как только я слышала поворот ключа в дверном замке, я со всей скорости бежала к письменному столу и перекидывала туда все тетради, чтобы она думала, что я занималась там. Я понимала: если она увидит, что я сижу на полу с домашним заданием, она меня просто прибьет.

Мое воспитание напоминало дрессировку: мама общалась со мной по методу кнута и пряника и в большинстве случаев отдавала предпочтение первому. Хотя она старалась быть идеальной в материальном плане и обеспечивала меня всем, чем было нужно, в духовном, моральном аспекте она меня упустила, заложив во мне множество страхов. Худшие эпизоды происходили, когда мама выходила из себя: она могла таскать меня за волосы по дому, кричать на меня матом, если я нарушала ее правила. Из‑за таких моментов мне хотелось уйти к отцу.

«Мне некуда было деть злость и обиду внутри себя, поэтому я причиняла себе боль»

Отношения между моими родителями всегда были плохими. Папа не был ни хорошим мужем, ни хорошим отцом: контакт с ним мне удалось наладить уже в более взрослом возрасте. Тем не менее он пытался мне помочь. Помню, как, когда мне было семь-восемь лет, мы в очередной раз поругались с мамой. В ходе ссоры между нами была драка, и папа решил забрать меня. Я хотела собрать свои вещи до прихода мамы и уехать к нему. Но она вернулась с работы раньше, чем мы ожидали. Увидев, как я пакую сумки, она начала истерику: держа меня у дверного проема, она кричала соседям: «Вызовите полицию, ее похищают!» Потом она посмотрела мне в глаза, все еще не давая двигаться, и сказала: «Если ты сейчас переступишь этот порог, ты больше никогда меня не увидишь, даже не смей сюда возвращаться». Я испугалась: несмотря на все желание переехать к отцу, я боялась потерять маму. Папа не стал вмешиваться — пойди он с ней на конфликт, она сделала бы все, чтобы он потерял со мной любую связь.

Ребенком я больше осознавала физическое насилие, а не эмоциональное. Последнее я стала понимать в подростковом возрасте.

Наша совместная жизнь стала невыносимой: мама продолжала меня бить, а после одной из ссор она сказала мне фразу, которую я запомнила на всю жизнь: «У тебя отвратительный характер, ты такая мразь, что сдохнешь в одиночестве».

Старшие классы были для меня кошмаром, и я отсчитывала секунды до поступления в университет в Москве, чтобы просто съехать. Когда я училась в 11-м классе, мама забеременела от моего отчима. Тогда у нас с ней случился конфликт на бытовой почве: ей не понравилось, как я убрала в доме. Она всегда была зациклена на чистоте, и любая крошка на полу становилась поводом для скандала. Тот конфликт снова перешел в насилие: она била меня, а я не могла защититься — вдруг что случится с ее ребенком. Она не только избила меня, но и отобрала телефон и сказала ту фразу про мой характер. Тогда у меня впервые появились суицидальные мысли. Но желание жить победило: я понимала, что, когда перееду, у меня все будет по-другому и все получится. Тогда я просто села у батареи и начала со всей силы рыдать и биться головой о стену. Мне некуда было деть злость и обиду внутри себя, поэтому я причиняла себе боль, расцарапывая до крови руки от кистей до плеч.

«Наши отношения напоминали американские горки»

Постоянные конфликты с мамой привели к тому, что я все время ощущаю себя виноватой во всем, что происходит в моей жизни. После скандалов мы могли не общаться несколько недель: мама просто ходила обиженная и ждала, пока я на коленях приползу извиняться. Я делала это большую часть своей жизни, хотя далеко не всегда я действительно была виноватой.

Я всегда плакала во время наших ссор — это было моей защитной реакцией на те ужасные слова, которые она мне говорила. До сих пор я разговариваю с родителями как маленькая девочка: даже сейчас, спустя годы, после любой перепалки с мамой я рыдаю и не могу остановиться. Когда мама видела мои слезы, то говорила, что плакать должна она, а не я, потому что у нее плохая дочь. Отчим пытался нас помирить, когда понимал, что мы игнорируем друг друга слишком долго, но на прямой конфликт с мамой он не шел, а мне постоянно напоминал, чем я ей обязана. Это только увеличивало чувство вины, которое я сегодня пытаюсь перебороть с психологом.

Отношения с мамой ненадолго наладились после рождения моего младшего брата. Когда мы не ругались, я многим могла с ней поделиться: рассказывала о своей личной жизни, просила совета. В такие моменты у нас действительно были доверительные, хорошие отношения, но как только назревала ссора или у нее менялось настроение, она направляла против меня все то хорошее, чем я с ней делилась. Наши отношения напоминали американские горки: позитивные моменты резко сменялись негативными, и казалось, что этому не будет конца.

ПОДРОБНОСТИ ПО ТЕМЕ

Гид по психотравмам: как неприятные события из детства портят взрослую жизнь

Поступив в Москву и уехав из дома, я поняла, что прошлое меня не отпустит. Учеба давалась мне нелегко: оказавшись вдали от матери, которая держала меня в строгости и страхе, я почувствовала свободу, хотела бунтовать. Мне не хватало привычного пинка и контроля с ее стороны, чтобы взяться за свое образование. После второго курса я приехала к ней в гости: мы снова поссорились, и она бросила в меня игрушечную бетономешалку. Весила она прилично — почти восемь килограммов. Я поняла, что это конец и с меня хватит: такие отношения нужно заканчивать.

«Ребенок не должен чувствовать ту боль, которую чувствовала я»

Спустя несколько лет жизни в Москве я обратилась к психологу. Отношения с мамой стали невыносимыми, продолжались проблемы с учебой. Помимо этого, я встречалась с молодым человеком, который также проявлял эмоциональное насилие ко мне. Я не могла от него уйти — считала, что боль, которую он причиняет, не дает мне права жить без него. Я выросла в культуре насилия и попала в отношения, в которых меня не ценили, обижали и унижали, а я только сильнее привязывалась к этому человеку. В подобной ситуации кажется, что вы любите друг друга еще сильнее, если твой партнер плохо к тебе относится. Я держалась за эти отношения, боялась их потерять — точно так же было и с мамой. Когда я увидела, что насилие со стороны моего парня становится регулярным, то поняла, что так дальше продолжаться не может.

Часто я задаюсь вопросом: «А люблю ли я вообще свою мать?» Ведь ее есть за что любить и за что ненавидеть. Я не могу точно сказать, что я ее люблю, но и не могу с уверенностью сказать, что нет. Общаясь с психологом, я осознала, что люди, которые проявляют эмоциональное или физическое насилие, сами в какой‑то степени жертвы внутри. Жертвы насилия, нелюбви, непонимания, неприятия. Они не рождаются такими, а становятся, потому что кто‑то, кого они любили, не смог научить их делать это правильно.

Раньше я пыталась оправдать действия этих людей. В таких ситуациях ты в какой‑то момент теряешь ощущение реальности: сначала не понимаешь, за что с тобой так поступают, затем — и это самое страшное — начинаешь привыкать и думать: «Наверное, я заслуживаю».

Маму я оправдывала тем, что у нее было тяжелое детство, в котором ей недодали любви. Тем же я объясняла и поведение своего парня. Мама до сих пор не понимает, как тяжело мне тогда было и какой урон она нанесла моему здоровью. Каждый раз, когда я хочу это объяснить, она воспринимает все в штыки и пытается конкурировать с моим отцом: «Он хороший, а я одна такая плохая». Она не пытается выслушать, ей очень тяжело это дается. Если у меня будут дети, я хочу, чтобы они были эмоционально здоровыми и не имели такого опыта, который был у меня или моей мамы. Я понимаю, что нет идеальных семей, но ребенок не должен чувствовать ту боль, которую чувствовала я.

Периодически я и сама могу проявить какую‑то жестокость — пережитый опыт дает о себе знать, он не уходит бесследно. Я эмоциональна: могу накричать или сказать что‑то плохое, но я всегда останавливаюсь, потому что понимаю, что сейчас веду себя как собственная мать, а я ни за что не хочу быть похожей на нее. Я работаю над тем, чтобы стать другим человеком, — и у меня это получается.

Мой главный совет тем, кто оказался в подобной ситуации: ни в коем случае не воспринимать мнение абьюзера как авторитет, даже если это твой родственник, родитель, словом, тот, кто стоит выше по какой‑то иерархии. Не верьте словам этого человека, даже если он для вас самый близкий. Его слова — проекция его личных проблем. И самое ужасное — осознавать, что твоя мама из‑за них просто не умеет любить тебя в ответ.

«Детям, выросшим в насилии, нужно вернуться к себе настоящим, понять, что они ценны сами по себе»

Татьяна Исакова

психолог, психотерапевт в «Мастерской Ольги Троицкой»

Абьюз над ребенком приводит к очень серьезным последствиям. По своему опыту могу сказать, что физическое насилие может переноситься легче, чем эмоциональное, потому что второе не маркируется как насилие ни ребенком, ни самим взрослым, а воспринимается как естественность. В контексте физических наказаний боль, которую причиняют детям, может восприниматься сторонами как любовь.

Это опасно тем, что самые близкие люди — мама или папа — показывают ребенку, что только через боль можно выражать любовь. Но психика человека построена так, чтобы избегать боль, и именно поэтому многие дети, которые подвергались насилию в детстве, особенно эмоциональному, вырастают отчужденными, никого не подпускают к себе и никому не доверяют. Так происходит, потому что любое соприкосновение с чувствами поднимает ту боль, которая была в детстве, когда самые близкие люди так плохо поступали.

В случае домашнего насилия ребенку важно найти группу или человека, который поможет ему увидеть другое отношение к себе. Это может быть учитель, тренер или кто‑то еще, от кого ребенок будет чувствовать, что его любят безусловно. Когда есть насилие, отсутствует шанс получить другой опыт отношения себя с миром, а тот, что имеется, кажется единственно возможным.

Когда тебя бьют, ты готов уйти из дома. Однако, когда ребенок, особенно маленький, пытается покинуть семью, он понимает, что там, в большом мире, его никто не ждет.

Дети, которые столкнулись с домашним насилием, не осознают, что их готовы принять такими, какие они есть. Они пытаются соответствовать какому‑то образу, тому, что хотят видеть другие.

Тем, кто мог оказаться в подобной ситуации, я бы посоветовала работу с психологом, который поможет восстановить и выстроить границы. Дети, пережившие эмоциональное насилие, легко убегают в собственные мысли: они начинают жить в будущем, думая о том, какими они будут когда‑то, но не сейчас («Вот я стану богатым, и мама меня полюбит»), или живут прошлым («Мама меня обижала, и папа говорил обидные слова»). Важно ощущать себя здесь и сейчас, а не где‑либо еще.

Детям, выросшим в насилии, нужно вернуться к себе настоящим, понять, что они ценны сами по себе, провести работу над полученными травмами и только после этого выходить на контакт с родителями. Восстанавливать отношения стоит с коротких моментов общения (телефон, СМС) — даже если в ответ будет получена привычная негативная реакция, нужно стараться делать акцент на том, что тебе в этот раз удалось по-другому: например, более спокойно среагировать на негатив или решить какую‑то проблему без конфликта. Человек может ждать похвалы от родителей, но жить надо своей жизнью, не думая, какой отклик ты получишь.

•           Закон Республики Беларусь от 31 мая 2003 г. № 200-3 «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»
• • Постановление Совета Министров Республики Беларусь от 30 декабря 2024 г. № 1055 «О признании детей находящимися в социально опасном положении и нуждающимися в государственной защите»
  • Инструкция о порядке и условиях применения методов и методик оказания психологической помощи (утверждена постановлением Министерства здравоохранения Республики Беларусь и Министерством образования Республики Беларусь от 30 июля 2012 г. № 115/89)

   

  • Постановление Министерства образования Республики Беларусь от 14 июля 2025 г. № 122 «О социально-педагогическом учреждении»

   

  • Постановление Совета Министров Республики Беларусь от 25 июля 2022 г. № 490 «Об утверждении Национального плана действий по улучшению положения детей и охране их прав на 2022–2026 годы»

   

  • Постановление Министерства образования Республики Беларусь от 27 ноября 2017 г. № 146 «Об утверждении Положения о совете учреждения образования по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»

   

  • Постановление Министерства образования Республики Беларусь от 28 января 2025 г. № 24 «Об изменении постановления Министерства образования Республики Беларусь от 27 ноября 2017 г. № 146»